С  большим интересом просмотрел сюжет субботнего выпуска «Часа Пик», посвященный проблемам сохранения памятников деревянного зодчества. Тема — исключительно сложная.

В целом авторы сюжета сумели обозначить и круг проблем, и круг возможных путей их решения.  Но вот один момент в этом сюжете вывел меня из состояния душевного равновесия. Текстуально это выглядело так: «Дом по Дзержинского, 21 достался бизнесмену В.Дирину без жильцов. Он восстановил его с нуля по старым чертежам. Ушло на это почти 10 лет, и виной тому даже не финансовые сложности, а борьба с различными ведомствами».  Программа ТВ-2 предоставила и трибуну «спасителю» памятника и победителю всех «различных ведомств» г-ну В.Дирину. «Первый же ковш экскаватора, - говорит бизнесмен - привел сюда кучу чиновников».

За такую рекламу бизнесмен должен благодарить телеканал, благодарить за позиционирование его как человека продвинутого в контексте разговора о спасении памятников деревянного зодчества, который в Томске вел министр культуры А.Авдеев.

Помните, что сказал министр в связи с возможным вложением бизнесменами средств в сохранение памятников?   "Сейчас, - отметил он, -  общество еще сырое, и инвестор заинтересован, прежде всего, в том, чтобы отбить деньги. А взросление инвестора, понимание, что это невозможно на объекте культуры сделать, что, вкладывая деньги в объект культуры, он себя проявляет не только как бизнесмен, но и как гражданин, который должен вложить деньги в сохранение памятника - это происходит постепенно, параллельно с взрослением нашего общества". Понимаете, общество еще и сегодня «сырое», а вот инвестор В.Дирин  «повзрослел» еще более 10 лет тому назад.

В действительности этот бизнесмен памятник не сохранил, а, если сказать помягче,  сделал из него не памятник.  И о том, как он  «восстановил его с нуля по старым чертежам», журналистам , видимо, сказал неправду.   Для этого не нужна никакая профессиональная экспертиза - достаточно просто посмотреть на здание в его нынешнем виде и на то, как оно выглядело на старых фотографиях.

Памятник в его прежнем виде был уникален. Насколько я помню по публикациям в томских СМИ, это здание было единственным в Томске, которое претендовало на то, чтобы быть включенным в реестр ЮНЕСКО. На двух альбомах "Деревянная архитектура Томска", выходивших в разные годы фотографии этого уникального памятника были вынесены на обложку.

Увы, ныне ни один серьезный издатель этого уже не сделает.

Начнем с того, что старое здание выходило центральным фасадом прямо на улицу. Новое здание обнесено оградой и теперь находится как бы во дворе.

При сравнении фото памятника и нового здания нетрудно сделать вывод, что внешний вид здания изменен кардинально. А что это значит для памятника, объяснять не надо. На центральном фасаде не было никакого входа. Бизнесмен В.Дирин такой вход сделал .

Наличники и декор только при очень поверхностном взгляде кажутся аутентичными тем, что были прежде. В действительности, и рисунок существенно подкорректирован, и абсолютно не выдержан масштаб декоративных элементов. Создается впечатление, что самодельные «реставраторы» не только не заглянули в старые документы, но даже не удосужились выдержать пропорции хотя бы по фотографиям.

Окна. Сейчас современные технологии (стеклопакеты) дают возможность  сделать окна практически аутентичными тем, что были. Но — нет! Хозяин новостройки «ослепил» здание, вставив стеклопакеты без переплетов, и тем самым начисто разрушил образ дома, для которого гармоничен был именно ритм т-образных оконных переплетов.

Куда, спрашивается, делось окно в центральном фронтоне главного фасада? Его просто нет. И почему утратило прежний вид окно в  боковом фронтоне? Ответа нет. Башенки со шпилями над фронтонами также покажутся прежними лишь при самом поверхностном сравнении.

На старом здании отлично видны красивые водостоки, которые, кстати говоря, отлично делают и современные томские мастера-реставраторы. А где они? Их тоже нет. Бизнесмен отделался дешевенькими — для бедных — крашеными водостоками. 

Ну и, наконец, по порядку, но не по значению — памятник деревянной архитектуры отделан препошлейшим сайдингом. А старое было обшито тесом.

То, что я отметил, это, как говорится, взгляд непрофессионала и взгляд навскидку. А профессионалы своей критикой, образно говоря, могли бы этого «спасителя памятника» «закатать в асфальт».

Не знаю, как можно чувствовать себя человек на костях угробленного им самим   памятника? Судя по сюжету, показанному в программе, В.Дирин чувствует превосходно. Так себя чувствовать может или человек, считающий себя вправе делать все так, как он считает нужным, поскольку вложил собственные деньги, или как человек, которому культурная проблематика вообще глубоко чужда.  

В сюжете, помнится, упоминался и восстановленный Ш.Байрамовым дом на Крылова, 2. Говорилось, что ему пришлось выдержать критику за новодел.

Выскажу свое личное мнение. Я этот «новодел» поддерживаю категорически. Во-первых, если это здание было стопроцентно сносным, то стоит ли пенять на то, что его вообще восстановили?  Его просто могло бы не быть. Как уже нет прекрасных зданий, бывших еще не так давно на Герцена, 46 (модерн), Плеханова, 5а («русский стиль»), Кузнечный взвоз, 6, как пропала дача купца И.Смирнова в Дачном городке, и т.д.  Во-вторых, в соответствии с законом, этот памятник архитектуры (а не истории) транслирует, как говорила директор «Томска исторического» Н.Лисовская в программе «Час Пик», в наше время образ снесенного памятника. И теперь мы, современники, можем любоваться зданием и глубоко прочувствовать то, что чувствовали когда-то и заказчики дома, и его проектировщики, и строители.

Хотел бы заметить еще и вот что. Ш.Байрамов не только любовно (не побоюсь этого слова) воссоздал аутентичный образ старого здания, но и учел, как это здание будет смотреться среди современных новостроек. (Увы, фоновую застройку в этом районе, как мы помним, жгли беспощадно). Поднятое на высокий фундамент (цокольный этаж, стильно выложенный старым кирпичом) деревянное здание среди новостроек (а прямо через дорогу будет и многозвездный отель, спроектированный итальянскими архитекторами) никак не потеряется и будет им отличным контрапунктом.

А вот пример такого «новодела», которого бы иметь не хотелось, являет нам «восстановленный» дом на Красноармейской, 100 (угол Красноармейской и Кирова). Деревянный сруб — только шуба, надетая на бетонный каркас. Достаточно заглянуть в окна, чтобы в этом убедиться. Здание при всей его внешней похожести на старое, все-таки не оставляет ощущения органичности, родственности его предшественнику, как это мы видим на примере здания на Крылова.

Несмотря на то, что в деле сохранения памятников делается немало и в чем-то даже видны элементы системной работы, целостной, системной, работы все же нет до сих пор, о чем, собственно, и говорилось на совещании с министром, о чем говорилось и в программе «Час Пик». До сих пор мы видим плоды этой стихии. Нам говорят, что не хватает денег на реставрацию. Но вот выстроили же нелепое сооружение на мысу Воскресенской горы под названием фрагмента крепостного сооружения. Денег на него потратили, если мне не изменяет память, 18 миллионов. Специально подобранную лиственницу рубили в Красноярском крае. Но то, что возвели, - это уже хуже, чем новодел.  Главное, полностью изменили исторически сложившийся ландшафт и сам силуэт горы, особенно красиво смотревшийся в часы заката, если смотреть на эту часть горы с востока.

Спрашивается: и это градостроительная политика? А где здесь мнение специалистов: историков, архитекторов? Где?