В «черный список» журнала «Форбс» Томск попал еще на прошлой неделе. В начале этой новость была растиражирована всеми СМИ, но ожидаемой реакции чиновников так и не последовало.

Активность власти по борьбе за сохранение оставшихся памятников деревянной архитектуры тоже давно сошла на нет – заседаний городского совета не проводятся больше полугода, областного как минимум год. Вузовская общественность бороться с ветряными мельницами тоже устала и вернулась к своим университетским делам. А уникальные дома, которые так рекомендует посмотреть «Форбс», продолжают гнить и разрушаться.

Издание выбрало 6 российских достопримечательностей, которые необходимо увидеть сейчас. Потому что в скором времени они могут исчезнуть. Что-то уничтожат застройщики, а что-то время. Среди достопримечательностей - иконы А. Рублева во Владимире, замок в Калининграде, штаб-квартира ордена иезуитов в Смоленске, здание в виде серпа и молота в Самаре. В список попал и деревянный модерн Томска. Как говорят авторы, это город-заповедник, который начали жечь с наступлением строительного бума, но еще не сожгли до конца.

Вот как описывают наш город создатели рейтинга:  «До строительного бума 2000-х исторический центр Томска и Татарская слобода, она же Заисток, оставались заповедниками нетронутого модерна и русского стиля. С началом строительного бума девелоперы обнаружили, что незастроенной земли в центре трагически мало, а старая древесина, на их счастье, неплохо горит. К середине десятилетия стало очевидно, что спасать город уже поздно. На сегодняшний день в городе все еще насчитывается более 200 памятников архитектуры, однако сколько из них переживет томский строительный бум, неизвестно».

Конкретных адресов авторы публикации не назвали, лишь привели в пример два дома, которые восстанавливаются почти в прежнем виде, но на самом деле мало что имеют общего с уникальными строениями Оржешко или Крячкова. Речь идет о знаменитом доме по улице Дзержинского, 21, чья фотография была размещена на обложке популярного альбома «Деревянная архитектура Томска» выпуска 1975 года, и который собственника заставили отстраивать через суд. Но при этом «на фасаде дома прорезали два лишних окна, деревянные рамы заменили пластиковыми стеклопакетами, входную дверь перенесли на новое, более удобное место, здание обшили долговечным недорогим сайдингом и огородили глухим забором в человеческий рост». Вспомнили и о доме купца Сапожникова по улице Крылова, 2 , сгоревшем на следующий день после завершения саммита Путин—Меркель в 2006-м году. «В процессе реконструкции дом прирос кирпичным цокольным этажом, которого не было в оригинальном проекте», - отмечают авторы рейтинга.

Однако, далеко не эти подобия старины, и не новодел на углу Кирова-Красноармейской, грозят в скором времени исчезнуть с лица Томска. Куда более уникальные дома сегодня медленно приходят в упадок и разрушаются, несмотря на статус памятников архитектуры и место в заветном «списке 701».Так, сейчас на глазах всего города умирает  памятник федерального значения, расположенный на Тверской, 66, а состояние, до которого его довели, используется в качестве аргумента для лоббирования строительства на его месте автостоянки для здания районной администрации. Дом начал стремительно рушиться после того, как в десятке метров от него начали строить многоэтажку. И хотя строительство велось в охранной зоне федерального памятника, власти закрыли на это глаза под обещание застройщика отреставрировать объект за свой счет. Но вместо реставрации строители оплатили лишь  стоимость проектно-сметной документации, после чего достроили еще несколько этажей в нарушение утвержденного проекта.

Тверская, 66: памятник не конкурент автостоянке чиновников

Зимой 2008 года дом лишился своего главного украшения – 11-метровой башни со шпилем. Грозящий обрушением купол – самый приметный элемент дома, который по аналогии с другими деревянными шедеврами назывался «дом с куполом», был демонтирован, провалялся две недели в грязном снегу, а затем был вывезен управляющей компанией в неизвестном направлении. В августе 2009 года этот объект был внесен в список сотни самых опасных для проживания домов и все 17 семей власти пообещали расселить до конца года. Большая часть жильцов свои квартиры на сегодня уже покинула, и потому дом с разных сторон зияет выбитыми окнами.

Заявления чиновников о его реставрации вряд ли можно воспринимать всерьез. Дом находится в реестре муниципальной собственности и при этом имеет статус федерального памятника. Поэтому рассчитывать на федеральное финансирование он не может. И его судьба после расселения вполне очевидна. Расселенный дом будет быстро разграблен, простоит в таком виде несколько лет, после чего цена реставрации возрастет кратно, и будет признана нецелесообразной.Следующий шаг – снос дома и освобождение место под автостоянку.

Аналогичная судьба уже постигла дом архитектора Оржешко на Белинского, 23. Знаменитый архитектор строил его для себя в начале 19 века в набиравшем тогда популярность стиле «модерн». Несмотря на то, что он является памятником регионального значения и стоит на госохране, восстанавливать старинный особняк не спешат ни власти, ни собственник «Томлесстрой».

«Да, кому он нужен, этот модерн от Оржешко…»

Заколоченный дом теряет свою резьбу, гниют под дождем лиственничные балки. Часть дома уже отгорожена кованым забором, за которым появилась парковка для соседнего «краснокирпичника». А тем временем меняется законодательство, и появляется возможность для его вполне законного сноса.

Белинского, 23: еще немного и можно будет сносить. По закону

Скорбный перечень можно продолжать. Расселен и брошен сегодня дом архитектора Фёдоровского – человека, который на рубеже 19-20 веков занимал должность главного архитектора Томска. Здание по улице Карташева, 16 также было выкуплено инвестором в лице «Томлестроя», после чего прозвучали планы по его «реставрации» - снести и построить новодел.
А есть еще Советская, 20 – сгоревший «модерн», в котором некогда располагалась шахматная федерация, ждет восстановления почти десять лет. 

Самые тонкие ценители деревянной архитектуры города: томские депутаты-строители

Расселяют и растаскивают по частям усадьбу на Гоголя, 14, хотя есть проект ее восстановления. Отданы под комплексную застройку одному депутату-строителю дома на Советской 58-64, другому заслуженному строителю дома по Герцена 36-38.

Стоит отметить, что эта технология в Томске уже отработана и даже имеет название «искусственной руинизации» - термин, который ввели в обиход члены совета по сохранению деревянного зодчества. Более того, минувшей зимой и весной томичи могли лицезреть окончательный результат использования этой технологии – сначала полыхнул, а потом был вывезен на свалку дом по Советской,5, известный как своей уникальной резьбой, так и ее количеством – от карниза до фундамента.

Советская, 5: пока еще памятник с уникальной резьбой

Советская, 5: внешний вид после «случайного» пожара

Советская, 5: по дороге на свалку…

- Самый главный недостаток рейтинга «Форбс» в том, что они не упомянули программу по сохранению деревянного зодчества, и теперь чиновники могу отговориться, дескать, работы по восстановлению проигнорированы. Но, по-сути, этот «черный список» весьма актуален и правдив. Сегодня вся деятельность чиновников городской администрации по сохранению деревянной архитектуры сводится к самопиару, расхваленая на всю страну программа, в рамках которой, действительно, много было сделано, практически свернута, ее спускают на тормозах, не забывая при этом распределять перспективные участки под застройку. А у защитников уже просто руки опустились. Если даже знаковые дома, федеральные памятники, входящие в число брендовых, которых по городу полтора десятка всего, без всяких сомнений власти готовы поменять на автопарковку, то вероятность видеть их в скором времени только на фото очень велика, - говорит Никита Кирсанов.

Продолжение следует...